Статьи - Новости
рынка труда

Топы летят без золотых парашютов

14.02.2020

Анжелика Тихонова, marketmedia.ru

 

В деле о золотом парашюте, которое рассматривалось Верховным судом в 2019 году, юристов насторожила формулировка, по которой было отказано в выплате денежной компенсации. MarketMedia выяснил, что не так.

 

В 2019 году Верховный суд (ВС) отменил выплату золотого парашюта директору одной российской компании. Суть истории такова: в трудовом договоре с руководителем было прописано, что при досрочном увольнении по инициативе работодателя ему полагается зарплата за период, оставшийся до истечения срока полномочий. Директора уволили досрочно, но он получил не золотой парашют, а трехкратный средний месячный заработок, обычную выплату, установленную Трудовым кодексом. Директор обратился в суд. Фемида встала на сторону компании. Представители работодателя пояснили, что члены совета директоров не давали согласия на повышенную компенсацию, а председатель общего собрания при подписании трудового договора злоупотребил правом. Суд посчитал, что компенсация, которую требует директор, «не соответствует принципу разумности и адекватности, а также ее целевому назначению». Защита не согласилась с таким решением, «так как условие о золотом парашюте отвечает принципу приоритета более благоприятного положения работника». Верховный суд оставил в силе решение первой инстанции. По мнению ВС, размер золотого парашюта не может быть произвольным и нарушать законные интересы организации, должен соответствовать системе оплаты труда. Кроме того, повышенная компенсация не была установлена ни уставом организации, ни локальными нормативными актами.

Юристы насторожились
Всё бы ничего, в конце концов не первый раз компании манкируют своими обязанностями. Юристы замечают, что такие истории всплывают хотя бы раз в 2-3 месяца. «Как правило, при смене команды управленцев предшественникам в принципе редко выплачивают бонусы добровольно», — поясняет причину распространенности слушаний о золотых парашютах Ольга Дученко, старший юрист корпоративной и арбитражной практики «Качкин и партнеры».

К тому же в деле, которое рассматривал Верховный суд, по всей видимости, есть признаки злоупотребления. Когда речь идет о золотых парашютах руководителя, гендиректора, все условия их трудового договора должны быть утверждены либо общим собранием участников, либо советом директоров. И если они согласовали одно, а потом кто-то из членов совета директоров подписал договор на других условиях, то это, конечно, нарушение закона, поясняет Александр Коркин, cтарший юрист Baker McKenzie, руководитель практики трудового права в Петербурге.

Но юристов насторожило другое: формулировка о том, что причиной отказа в выплате может быть отсутствие упоминания о золотом парашюте в локальных нормативных актах. Александр Коркин считает такую позицию ошибочной. «По закону дополнительные выплаты можно предусмотреть как локальными нормативными документами, например положением об оплате труда, так и трудовым договором, — поясняет Александр Коркин. — Как пример того, к чему это иногда приводит: компания, желая переманить к себе топ-менеджера, обещает ему компенсировать недополученные им бонусы на прежнем месте работы в виде будущего золотого парашюта, а потом просто не соблюдает договоренности, недобросовестно используя позицию Верховного суда. Мол, такая выплата не прописана в локальных актах, значит, платить не будем. Но для того-то трудовой договор и существует, чтобы прописать то, чего нигде нет».

Кому как повезет
Смысл золотого парашюта состоит в защите генерального директора: в случае, когда его могут уволить при слияниях или поглощениях бизнеса, а также когда компания досрочно прекращает с ним отношения по инициативе акционеров, напоминает Юлия Капитанчук, старший партнер «ШАГ Консалтинг». В свое время примером того, как золотой парашют послужил стимулом лишиться работы в интересах акционеров, стал уход с позиции CEO Фреда Хасана, возглавлявшего с 2003 по 2009 год одну из крупнейших фармацевтических компаний США Merck & Co. После того как фармгигант объединился с конкурентом Schering-Plough, встал вопрос о необходимости выбора одного из двух руководителей. Ушел Хасан, но за этот уход получил компенсацию $190 млн. «Не всегда досрочное увольнение директора является следствием плохого исполнения им своих функций, — обнажает подводные камни отношений акционеров и наемного топ-менеджера Юлия Капитанчук. — Генеральному директору как первому лицу компании сложно найти быстро работу, поэтому золотой парашют дает ему возможность «продержаться» до нахождения новой позиции».

По словам Юлии Ветровой, совладелицы кадрового агентства J&P Executive Search, не редки также случаи, когда топ-менеджеры крупных компаний получали опционы, условием которых было проработать в компании некоторый срок и добиться за это время определенных целей (уровня прибыли, стоимости компании). «Если менеджер этот срок благополучно заканчивал и целей достигал, то получал очень хорошее вознаграждение через опционный механизм», — рассказывает Юлия Ветрова. В США самый большой золотой парашют среди ретейлеров за хорошую работу получил в свое время Томас Райн, проработавший руководителем одной из крупнейших аптекарских сетей США CVS Caremark без малого 13 лет. За это время капитализация CVS увеличилась в 2 раза, а на выходе парашют Райна составил $185 млн.
«Те, кто не справляется с поставленными задачами, не получают ничего», — уточняет Юлия Ветрова судьбу менее удачливых топ-менеджеров при увольнениях.

Бывает, что руководитель среднего звена тоже получает свой золотой парашют (чаще всего это два-три оклада), но случается такое редко, и еще реже он достается ключевому специалисту, обычно все ограничивается выплатой по соглашению сторон, которая не превышает полутора среднемесячных окладов, говорит Татьяна Долякова, основатель кадрового агентства ProPersonnel.

В России выплаты при увольнении регламентируются Трудовым кодексом РФ (ТК РФ), напоминает Ольга Дученко. В нем установлены определенные правила и ограничения в отношении выходных пособий и компенсаций. «Так, если трудовой договор прекращается по решению работодателя или в связи со сменой собственника имущества организации, руководителю положена компенсация, которая не может быть ниже его трехкратного среднемесячного заработка (ст. 181, п. 2 ч. 1 ст. 278, ст. 279 ТК РФ)», — поясняет юрист. По ее словам, дополнительные условия выплаты и размер золотого парашюта должны быть прописаны в коллективном договоре или трудовом договоре. В подавляющем большинстве случаев размер золотых парашютов не ограничен. Но только если речь не идет о компаниях и корпорациях с государственным участием. Для их руководителей размер золотых парашютов в 2014 году решением российского президента был ограничен. «Топ-менеджерам госкорпораций или обществ, более 50% акций или долей в уставном капитале которых находится в государственной либо муниципальной собственности, компенсации в связи с увольнением выплачиваются в размере трехкратного среднего месячного заработка — ни больше, ни меньше. Даже соглашения о расторжении трудовых договоров с такими работниками не могут содержать условий о каких-либо иных выплатах (ст. 349.3 ТК РФ)», — уточняет Ольга Дученко. Поводом к принятию закона об ограничениях стал уход с поста президента «Ростелекома» Александра Провоторова, который при увольнении весной 2013 года получил 229 млн рублей. Правда, уже осенью того же года Арбитражный суд Петербурга и Ленинградской области решение совета директоров компании о выплате Провоторову золотого парашюта в таком размере отменил.

Конечно, даже самые крупные золотые парашюты в России, размер которых известен СМИ, уступают западным. Так, если за Западе в 2010-х самой большой выплатой считалось $417 млн, которые получил глава General Electric Джон Уэлч, то в России речь шла о $100 млн. Этот золотой парашют раскрылся над экс генеральным директором «Норникеля» Владимиром Стржалковским. Как писали СМИ, его отставка была одним из главных условий примирительного соглашения между «Русалом», принадлежащим Олегу Дерипаске, и «Интерросом» Владимира Потанина, который затем и возглавил «Норильский никель». На следующий день после ухода с поста гендиректора Стржалковский занял пост вице-президента «Норникеля».

На Западе среди самых впечатляющих размеров парашютов в ретейле значится компенсация CEO одного из крупнейших ретейлеров США Home Depot Роберта Нарделли, который занимал эту должность с 2000 по 2007 год. Придя в компанию из General Electric, он активно взялся за дело, но, несмотря на в целом неплохие финансовые результаты, компания сократила свою долю на рынке, стоимость акций не росла, авторитарное управление тоже не пошло на пользу компании. Когда Нарделли уволили, совет директоров просил топ-менеджера частично отказаться от предназначенной ему компенсации, но Нарделли взял все, что ему полагалось, — $223 млн. Ушел он в автомобильный концерн Chrysler, который находился в то время в кризисе. Но приход Нарделли не помог компании, даже с учетом многомиллиардной финансовой помощи от американского правительства. В 2009 году компания стала банкротом, а Нарделли ушел в отставку без парашюта.

Обычно размер компенсации для топа формируется в привязке к его годовому доходу или к причитающемуся на момент увольнения годовому бонусу, уточняет Юлия Ветрова. «Фиксируется определенная сумма компенсации или ее расчет, например количество среднемесячных заработков — чаще от 6 до 12, плюс доля — процент от чистой прибыли», — добавляет Татьяна Долякова. Но размер может быть и произвольным, многое зависит от умения работника договариваться с акционерами. Юлия Ветрова приводит пример, когда именно путем таких переговоров региональный директор по продажам в федеральной розничной сети получил парашют по формуле «годовой бонус + три фиксированных оклада», а это примерно 3,5 млн рублей, а управляющий директор российского подразделения крупной западной компании смог договориться с штаб-квартирой о парашюте 40 млн рублей.

Впрочем, Юлия Ветрова считает, что сегодня, может быть, и не все компании должны слепо следовать практике золотых парашютов, если речь идет о мотивации топ-менеджеров. «Конкуренция среди потенциальных получателей парашюта выросла в разы, на рынке достаточно много прекрасных управленцев, и в этом смысле дополнительно мотивировать их не надо, — полагает она. — Всегда можно изобрести дополнительные решения, позволяющие сделать фактический парашют более заметным и ощутимым для работника».

Опасный прецедент
Причина отказа в выплате золотого парашюта, сформулированная ВС в 2019 году, может сослужить плохую службу рынку труда, считают эксперты. «Хотелось бы, конечно, чтобы правовые нормы защищали и собственника бизнеса, и наемного директора. Перекос в любую сторону вредит и деловым отношениям, и бизнесу в целом. Чрезмерные выплаты могут пошатнуть финансовое положение компании, особенно когда на момент увольнения компания не в лучшей форме. Отсутствие выплат для такой позиции, как генеральный директор, негативно сказывается на возможности уволенного топ-менеджера найти аналогичную по уровню должности в другом бизнесе. Нужен баланс: чтобы и директор был защищен, и бизнес не страдал от чрезмерных выплат», — размышляет Юлия Капитанчук.

Увы, Ольга Дученко пока не видит особых перспектив для изменения ситуации. «В правовом регулировании выплат при увольнении есть пробелы, некоторые положения закона можно трактовать двояко, есть неопределенность в определениях понятий, — говорит она. В качестве хрестоматийного примера одной из подобных проблем Ольга Дученко приводит ч. 4 ст. 178 ТК РФ, согласно которой иные случаи выплат выходных пособий (помимо ликвидации компании или сокращении численности или штата работников), а также повышенные размеры выходных пособий могут предусматриваться трудовым или коллективным договором. «Возникает вопрос, будет ли являться условие о золотом парашюте действительным, если оно содержится в соглашении, не являющимся ни трудовым, ни коллективным договором, либо в локальном нормативном акте работодателя? Единой точки зрения по этому поводу нет, судебная практика не отличается единообразием», — говорит Ольга Дученко

Статьи, которые могут быть вам интересны

05.07.2010

Методика распределения бонусного фонда проекта

Проектная форма организации труда все чаще встречается на предприятиях различных отраслей.

22.09.2008

Годовые бонусы российских менеджеров по итогам работы выросли.

Согласно данным «Обзора заработных плат и компенсаций Ernst & Young 2008/2009», уровни годовых премий по итогам работы сотрудника выросли и составили в среднем 19–69% (в зависимости от категории персонала) от годовой базовой зарплаты. Еще год назад аналит

05.11.2020

В головном офисе ЛУКОЙЛа сократят рабочую неделю и урежут зарплаты

ЛУКОЙЛ продолжает оптимизировать головной офис. Теперь часть сотрудников планируется перевести на аутсорс, а оставшимся сократить длительность рабочего дня и урезать зарплату